предлагает Вам запомнить сайт «»
Вы хотите запомнить сайт «»?
Да Нет
×
Прогноз погоды
Николай Декапольцев
75 лет назад – 24-го января 1944 года – началась Корсунь-Шевченковская наступательная операция советских войск, которую иногда называют «Сталинград на Днепре». В этот день два передовых батальона провели разведку боем, с целью вскрыть систему обороны противника на переднем крае. Им сопутствовала удача, и в течение дня они продвинулись на 5-7 километров. Основные силы Второго Украинского фронта генерала Конева перешли в наступление 25-го января, а Первого Украинского фронта генерала Ватутина – 26-го января. Как видим, советское главное командование, владея инициативой, продолжало следовать тенденции к разнесению ударов во времени и пространстве, заставляя противника метаться из стороны в сторону.
В немецких источниках эти события именуют как «Черкасский котёл», что не вполне корректно: город Черкассы был занят советскими войсками ещё в декабре предыдущего года, и линия фронта проходила между Черкассами и Смелой (собственно город Смела, как и Канев на самом берегу Днепра, были занята немцами, см. прилагаемую карту). Речь идёт, скорее, о Черкасской (и частично Кировоградской) областях. К этому времени, в результате двух советских наступательных операций (Кировоградской и Житомирско-Бердичевской), крупная немецкая группировка была зажата между Первым и Вторым Украинским фронтами, на пространстве площадью около 10 тыс. квадратных километров, в центре которого находился город Корсунь-Шевченковский.
Целью Корсунь-Шевченковской операции было создание (и дальнейшая ликвидация) «котла» путём смыкания флангов двух советских фронтов, по линии Звенигородка – Шпола, где ещё оставался «гуманитарный коридор» шириной 130 километров, связывающий окруженную группировку противника с основными силами немецкой группы армий «Юг», которые в это время вели тяжёлые бои против войск Первого Украинского фронта на рубеже Умань – Винница.
Неудивительно, что иногда эти события называют «Сталинградом на Днепре»: в обоих случаях немецкие войска были загнаны в «котёл» и какое-то время яростно сражались в окружении, неся большие потери. Интересно, что ровно в эти же самые дни гремел «Итальянский Сталинград» - битва за город Монте-Кассино, где немцы преграждали англо-американским войскам путь к Риму. Сравнение достаточно уместное, если называть «Сталинградом» любое ожесточённое сражение, где обе стороны полны решимости стоять до конца и «любой ценой».
Если продолжать параллели, то в обоих «Сталинградах» (на Волге и на Днепре) генерал Ватутин командовал войсками, закрывавшими «котёл» ударом с севера и потом успешно оборонявшими внешний фронт окружения, отбрасывая деблокирующую немецкую группировку. А с немецкой стороны, в обоих случаях фельдмаршал Манштейн возглавлял попытки деблокировать окруженных – и оба раза безуспешно. (Как мы увидим позже, Корсунь-Шевченковский котёл не был деблокирован ударом «снаружи» - он был прорван «изнутри», причём – в зоне ответственности генерала Конева).
По своим масштабам (порядка 50 тыс., попавших в «котёл», по усреднённой оценке), «Сталинград на Днепре» был гораздо меньше, чем «Сталинград на Волге», где численность окруженной немецкой группировки составляла порядка 300 тыс. чел. (опять-таки по усредненной оценке). Что поделать – к этому времени у немцев уже физически не было такого количества людей, как в первой половине войны.
Главное же, что объединяет «оба Сталинграда» - это не сами по себе «котлы» как таковые, а последующий рывок советских войск на запад, ставший возможным именно благодаря этим сокрушительным «котлам». Тогда, в феврале 43-го, передовые танковые части генерала Ватутина, оставив позади «так называемый Сталинградский котёл», были остановлены противником лишь в 20-ти километрах от Запорожья. А весной 44-го они уже заходили на территорию Румынии – всего через два месяца после ликвидации Корсунь-Шевченковского «котла», вернее – не «после», а благодаря ему.
Корсунь-Шевченковская операция, как мы увидим далее, была одной из последних для генерала Ватутина, и в ней политическое противостояние между высшим командным составом достигло апогея. В ходе этой операции (как утверждает в своих мемуарах маршал Жуков, выполнявший тогда роль «куратора-координатора» между 1-м и 2-м Украинскими фронтами), генерал Конев позвонил Сталину и нажаловался, мол: « … Жуков и Ватутин ничего не делают, не умеют воевать, того и гляди – выпустят немцев из котла … » (видно, забыл – как сам выпускал – из Харькова, Черкасс, Кировограда). Сталин прислушался, проникся (заодно вспомнил провалы Ватутина - сдачу Житомира и того же Харькова) – и отстранил Ватутина от финального этапа операции, а Конева поставил главным (переподчинив ему те армии Ватутина, которые участвовали в этой операции).
Самое интересное, что в конечном итоге «выпустили немцев из котла» именно люди Конева, не сумевшие помешать прорыву «изнутри», в то время как люди Ватутина (уже – «бывшие») успешно отбили все попытки деблокирования «снаружи» (хотя в отдельные моменты, как мы увидим далее, всё действительно висело на волоске). Что не помешало Коневу получить, по итогам этой операции, благодарности и маршальские погоны (тогда как Ватутин так и остался генералом, навсегда).
Сам Конев в своих мемуарах утверждает, что он никуда не звонил, а было наоборот: это Сталин сам позвонил ему, поинтересовался его мнением (насчёт Ватутина), а позже перезвонил и сообщил о своём решении (об отстранении Ватутина и назначении Конева), пожелал успехов. То есть дискуссия идёт только о том, кто первый кому позвонил, а не о том – как эти ребята «сливали» Ватутина (чтобы самим занять его место во главе Первого Украинского фронта, и не только поэтому) точно так же, как в 1953 году они «сольют» Берию и возглавят страну.
Возвращаясь к Корсунь-Шевченковской операции: она имела статус «Второго Сталинского удара», это была такая серия 1944 года, из десяти крупных наступательных операций, в том числе 5 проводились «украинскими» фронтами, остальные 5 – в Беларуси, Прибалтике и в Ленинградской области. Как раз под Ленинградом был нанесен Первый Сталинский удар, приведший к полному снятию блокады Ленинграда (юбилей этого события будет отмечаться 27-го января), а Второй удар включает Корсунь-Шевченковскую и несколько последующих взаимосвязанных операций, о которых разговор впереди.
Интерактивная карта рубежа перед началом Корсунь-Шевченковской операции:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3Ad142e548ca20eaf1c53...
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 22-го января 1944 года – «наши англо-американские партнёры» начали Анцио-Неттунскую десантную операцию. Пока основные силы 5-й армии США штурмовали Монте-Кассино и другие участки оборонительной «Линии Густава» с юго-востока, ещё один корпус этой же армии десантировался с моря, прямо в тыл немецким войскам.
Замысел этой операции – обход «Линии Густава» по морю – ещё в октябре 1943 года обсуждался между высшими американскими генералами Дуайтом Эйзенхауэром и Харольдом Александером. Хотя план этой операции (под кодовым названием «Галька») поддержал Уинстон Черчилль, но десантных кораблей в этом регионе катастрофически не хватало: они все были задействованы для подготовки к предстоящей десантной операции в Северной Франции (крупнейшей в истории).
Итак, 22-го января 1944 года, 6-й американский пехотный корпус под командованием генерала Лукаса высадился в Анцио, на полуострове между Римом и Монте-Кассино (карта операции прилагается). Для немецкого командования это было полной неожиданностью. 3а 48 часов десантники заняли плацдарм глубиной 11 км, но не стали продолжать наступление, а принялись укреплять прибрежный плацдарм.
Если бы они быстро продвинулись дальше, то смогли бы перерезать маршруты снабжения немецких войск, защищавших «линию Густава» и атаковать их с тыла, что привело бы к развалу всей немецкой обороны под Монте-Кассино. Однако американцы действовали нерешительно, и этим промедлением смогло воспользоваться немецкое командование: оно успело перегруппировать войска, перебросить подкрепления к Анцио и предотвратить расширение захваченного союзниками плацдарма. Немецкие войска начали здесь мощные контратаки, пытаясь сбросить десант в море.
Генерал Лукас за неудачное командование этой десантной операцией был отстранён от должности, а вместо него 6-й корпус возглавил генерал Траскотт. Новый командующий отразил все немецкие контратаки — 31-го января, 15 и 29 февраля. Завязались ожесточённые бои, немцы не смогли справиться с десантом и сбросить его в море, поскольку ему оказывал поддержку флот, но и десант не мог продвинуться дальше радиуса действия корабельной артиллерии. В марте 1944 года линия фронта стабилизировалась — начались дожди, и поэтому союзники отложили наступление на два месяца, пока не улучшится погода. Так и сидели на этом плацдарме до конца мая, в то время как под Монте-Кассино за этот же период прокатилось четыре волны наступления.
В целом, несмотря на первоначальные трудности после высадки, плацдарм в Анцио оказал помощь союзным войскам, особенно при их наступлении на Рим в мае после битвы под Монте-Кассино. 2-й корпус (прорвавший «Линию Густава») и 6-й корпус (с плацдарма у Анцио) совместно начали наступление на северо-запад и прорвали последнюю немецкую линию к югу от Рима.
Интересный факт: в ходе этой десантной операции погиб Эрик Флетчер Уотерс — отец британского музыканта, участника группы Pink Floyd Роджера Уотерса. Этому событию он посвятил, в частности, песню When the Tigers Broke Free и альбом The Final Cut. А в 1968 году вышел американо-итальянский фильм «Битва за Анцио» (режиссёры — Эдвард Дмитрык и Дуилио Колетти, главные роли в котором исполнили Питер Фальк (известный по сериалу «Коломбо») и Роберт Митчем.
Интерактивная карта боевых действий:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3Ad3a15c8352c39b069d9...
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 20-го января 1944 года – наши англо-американские партнёры перешли в наступление на главном направлении в битве под Монте-Кассино, иногда называемой «итальянским Сталинградом». Ранее (17-го) января, на вспомогательном направлении стартовал 10-й британский корпус, не добившийся особого успеха в своей полосе (вдоль тирренского побережья, чуть южнее американцев). Но теперь, в полосе главного удара 2-го корпуса США, события разворачивались гораздо более трагически. В наши дни на Западе принято считать, что действия 34-й дивизии США в эти дни – один из величайших подвигов, совершённых солдатами на войне.
Итак, первой перешла в наступление одна из двух дивизий 2-го корпуса США - 36-я (техасская) пехотная дивизия, через три часа после рассвета 20-го января. Нехватка времени на подготовку к наступлению привела к тому, что приближение её подразделений к реке Рапидо стало опасным из-за нерасчищенных минных полей и других инженерных препятствий. Кроме того, такое предприятие, как форсирование реки, требовало определённого планирования и тренировки. Американские военные инженеры оказались неспособны организовать переправу бронетехники через эту горную реку.
Одному батальону 143-го полка этой дивизии удалось пересечь реку Рапидо у южной части Сан-Анджело, как и двум ротам 141-го полка у северной части. Но эти пехотные подразделения оставались изолированными, так как танковым частям не удалось попасть на ту сторону реки. Таким образом, перешедшие реку соединения оказались в крайне уязвимом положении перед контратаками немецкой 15-й танковой дивизии. К рассвету 21 января войска, находящиеся за рекой, были вынуждены отступить.
Но командующий 2-м корпусом оказал давление на командира 36-й дивизии, с тем, чтобы тот немедленно возобновил атаку, в соответствии с ранее утвержденным планом наступления.
Оба полка атаковали снова, против хорошо укрепившейся немецкой 15-й танковой дивизии: 143-му полку удалось переправить эквивалентное двум батальонам количество пехоты, но без танковой поддержки они были разбиты немцами к рассвету следующего дня. 141-й полк тоже пересёк реку силами приблизительно двух батальонов и сумел продвинулся вглубь на километр, но с рассветом они были отрезаны и уничтожены: к вечеру 22 января полк буквально прекратил своё существование — только 40 человек вернулись назад. Атака оказалась дорогостоящим мероприятием — 36-я дивизия потеряла 2100 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести всего за 48 часов.
24-го января в атаку на Кассино «в лоб» пошла вторая дивизия американского корпуса – 34-я пехотная. На северном фланге её поддерживал Французский Экспедиционный корпус из двух колониальных дивизий (алжирской и марокканской) – он пошёл в атаку через затопленную немцами долину реки Рапидо севернее города Кассино. Войска держали направление на находящиеся за долиной горы, с намерением затем свернуть влево и атаковать Кассино с возвышенности. Хоть пересечь Рапидо в верхнем её течении было гораздо легче, так как там имелись броды, затопление долины сделало продвижение через неё крайне тяжёлым — в частности, танковые соединения могли передвигаться только по специально проложенным настилам. Из-за этих трудностей 34-я дивизия прошла через восемь дней кровопролитных боёв в заболоченной местности, прежде чем ей удалось потеснить оборону немецкой 44-й пехотной дивизии и укрепиться у подножия гор.
В то же время, севернее французские колониальные войска хорошо продвинулись вперёд, отодвинув 5-ю немецкую горно-стрелковую дивизию и заняв позиции на склонах своей первой цели — горы Чифалко. При этом передовые соединения алжирской дивизии обошли гору Чифалко, чтобы захватить горы Бельведере и Колле-Абате. Командир французского корпуса был убеждён в том, что Кассино можно обойти с севера, но его запрос о подкреплении не был удовлетворён. На этот момент в у союзников резерве оставалось единственное свободное соединение (последний из трёх полков, оставшихся от 36-й американской дивизии), но оно было послано на усиление 34-й дивизии. К 31 января «французам» пришлось остановиться, оставив гору Чифалко, откуда хорошо просматривались фланги и пути снабжения союзников, в руках немцев. Две французские дивизии понесли в этих боях потери в размере 2500 человек.
На направлении главного удара, боевой задачей 34-й дивизии США (усиленной тем самым 142-м полком из 36-й дивизии) стало продвижение в южном направлении вдоль цепи холмов севернее Кассино. Дивизия должна была выйти к пересечению хребтов на юге, там находилась гора, на которой стоял древний монастырь аббатства Монте-Кассино. После этого американские войска могли бы прорваться в долину Лири, находясь позади укреплений «линии Густава».
Дивизия продвигалась с большим трудом: горы были скалистыми, с валунами, многочисленными ущельями и оврагами. Рытьё траншей и окопов оказалось невозможным, и войска оказались беззащитными перед немецким огнём. Ущелья, заросшие густой травой, были усеяны минами, ловушками и заграждениями из колючей проволоки. К тому же, для наступающих войск не существовало естественных укрытий и погода была сырая и очень холодная, с частыми морозами.
После недели боев, к началу февраля 34-я дивизия в конце концов форсировала затопленное русло реки Рапидо. Части продвинулись почти на 3 км в горы вокруг Кассино, захватили важную высоту около деревни Сан-Онофрио, находящуюся немногим более полутора километров от аббатства Минте-Кассино, и 7 февраля один из батальонов занял «высоту 445» — круглую вершину холма, находящегося прямо под монастырём, всего в 370 метрах от него. Отряд американцев совершил вылазку под стены монастыря, но безуспешно. Все попытки взять аббатство Монте-Кассино провалились из-за шквального пулемётного огня с немецких позиций под монастырём. Несмотря на тяжёлые бои, 34-й дивизии так и не удалось захватить немецкие позиции на «высоте 593» (известной также как гора Кальвари), удерживаемой 3-м батальоном 2-го немецкого полка из Первой воздушно-десантной дивизии. Эта высота являлась стратегически важной, так как она возвышалась над всем горным хребтом, ведущим к аббатству.
Крутые склоны не позволяли американским танковым частям поддерживать свою пехоту. Склоны были изрезаны глубокими ущельями, которые укрывали немцев при огневых налетах, служили им передовыми позициями и предоставляли безопасные пути отхода. Имевшие отличный обзор, немецкие артиллерийские наблюдатели были в курсе всех передвижений американцев, затрудняя им снабжение и эвакуацию войск. Хотя передовые части 34-й дивизии находились в какой-то тысяче метров от главной дороги - Шоссе номер 6, но немцы упорно обороняли каждую скалу, каждый поворот горной дороги, каждую пещеру. Только к 11 февраля части 133-го пехотного американского полка и пять танков пробились в город Кассино, но сразу были выбиты оттуда. К этому моменту войска 2-го американского корпуса потеряли в январских боях уже 12 тыс. человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Был фактически уничтожен 142-й американский пехотный полк. Из вспомогательных рот 2-го корпуса: водителей, писарей и поваров пришлось формировать временные боевые подразделения. Но 11 февраля, после последнего неудачного трёхдневного штурма монастырской горы и города Кассино, американцы окончательно отступили. После двух с половиной недель тяжелейших сражений, 2-й корпус США был истощён и разбит. Американская 36-я дивизия заплатила за это дорогую цену: её пехотные батальоны потеряли до 80 % личного состава, потери составили около 2200 человек. 2-й американский корпус был выведен с фронта для отдыха и пополнения, сдав свои позиции Индусам и Новозеландцам, которым предстояло начать второй этап этой битвы в феврале 1944-го….
На фоне провала американцев, ярким выглядел успех соседней 3-й алжирской дивизии, сумевшей на северном фланге закрепиться на вершине горы Монте-Бельведере и даже захватить 500 человек в плен. Увы, её порыв не был поддержан подкреплениями, а самостоятельно решать большие задачи она была неспособна.
Битва за Монте-Кассино была классическим образцом оборонительных боев, участниками которых были немецкие воздушно-десантные войска. Они буквально вгрызались в землю, превратив в неприступную крепость «линию Густава». Ни авиационные бомбардировки, ни многочасовые артиллерийские обстрелы, ни массированные пехотные и танковые атаки не смогли сломить волю немецких десантников к сопротивлению. Их оборонительная тактика была грамотной и очень эффективной. Имея весьма ограниченные ресурсы, они сумели расстроить наступательные планы противника и удерживать его на фронте под Монте-Кассино до середины мая 1944 года (как мы увидим далее). Численному превосходству американцев они противопоставили тактическое мастерство и высокий боевой дух. Именно под Кассино родился боевой девиз Первой немецкой воздушно-десантной дивизии: «Товарищество, мастерство, честь!». По итогам пятимесячной битвы за Монте-Кассино, главнокомандующий союзническими войсками в Италии генерал Александер назвал эту дивизию «лучшей в немецкой армии» [из тех, что действовали на Западном фронте].
Интерактивная карта боевых действий:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3A792fdf1bef38100a695...
0
1
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Андрей Андреев
Андрей Андреев 20 января, в 16:37 вечная память всем погибшим в войне с фашизмом. Текст скрыт развернуть
1
Альберт Ермаков
Альберт Ермаков 20 января, в 18:01 Вечная память! Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 17-го января 1944 года – «наши англо-американские партнёры» начали эпическую Битву под Монте-Кассино, которую иногда называют Итальянским Сталинградом. Именно в честь этого конкретного сражения, в наши дни используется картинка «Красный мак – Некогда опять» в качестве символа Второй Мировой войны (потихоньку вытесняющая георгиевскую ленту). Те места, действительно, усеяны маками, которые успели расцвести к моменту окончания пятимесячной битвы. Это нашло отражение в мировой культуре под общим хэш-тэгом «Маки на Монте-Кассино», в том числе и в творчестве советского барда Исаака Гинзбурга (более известного под псевдонимом Александр Галич):

«… Как нас черным огнем косило
В той последней слепой атаке...
Маки, маки на Монте-Кассино,
Как мы падали в эти маки... »

Впрочем, понятие «англо-американские» достаточно условно: там были также индусы, марокканцы, канадцы, алжирцы, французы, южноафриканцы, итальянцы, тунисцы, поляки (из армии Андерса) и новозеландцы из племени маори (описанные в «Детях капитана Гранта»). Собранные со всех английских и французских колониальных владений (те, кого сейчас называют «весь цивилизованный мир»), как будто что-то забывшие в Италии. Со стороны это выглядело, как нынешние сборные по футболу Франции и Англии: высокие загорелые ребята, неуверенно чувствующие себя в холодном климате и слабо владеющие языком этих стран. Вряд ли офицеры и солдаты Советской Армии догадывались, что все эти племена – у них в союзниках.
Кстати, процитированные выше слова песни, Александр Галич (ни строчки не написавший про Советскую Армию) посвятил именно полякам. Им выпала честь поставить последнюю точку в этом сражении, которое состояло из четырёх этапов, проводившихся в январе, в феврале, в марте и последний в мае.
Итак, всё началось с того, что англо-американские войска высадились на итальянском острове Сицилия 10-го июля 1943 года (на следующий день после того, как Воронежский фронт генерала Ватутина остановил немецкое наступление на Курской Дуге). Не прошло и полгода (вернее – как раз прошло), и они, «освободив» почти половину Италии и взяв крупный город Неаполь, к середине января подошли к очередному немецкому рубежу обороны под названием «Линия Густава». Это был последний рубеж, прикрывавший столицу Италии – город Рим. Первоначальная оценка союзников, что Рим будет взят к октябрю 1943 года, оказалась слишком оптимистичной.
Вдоль восточного (адриатического) побережья «итальянского сапога» наступала 8-я британская армия генерала Монтгомери. Ей удалось, на своём участке, частично прорвать немецкую оборону на «Линии Густава», в том числе захватить город Ортона, но дальнейшее её продвижение остановилось из-за метелей, начавшихся в конце декабря — они сделали снабжение войск с воздуха и само их наступление практически невозможным. Таким образом, наступление на Рим с востока через горный хребет Апеннины (шоссе № 5) было признано нецелесообразным и бесперспективным.
Единственными возможными маршрутами наступления остались пути вдоль западного (тирренского) побережья, соединяющие Рим с Неаполем: шоссе № 7 (древнеримская Аппиева дорога), проходящее непосредственно по побережью, и шоссе № 6, которое идёт параллельно ему, чуть севернее, в горах, пересекая долину реки Лири. Это была полоса наступления 5-й армии США под командованием генерала Кларка.
Местный ландшафт благоприятствовал обороняющимся. Апеннинский горный хребет в самой высшей точке достигает высоты 2900 м. От нее горные хребты и долины расходятся к узким прибрежным полосам — шириной всего 40 км на западе (тирренское побережье) и 15 км на востоке (адриатическое побережье). Даже при хорошей погоде дороги в этих районах были непригодны для продвижения войсковых механизированных колонн снабжения. Немецкие инженеры максимально использовали особенности рельефа при создании оборонительной «линии Густава», которая протянулась по всей ширине Центральной Италии, от устья реки Сангро на востоке, через горы Абруцци к устьям рек Рапидо и Гарильяно на западе. Укрепления контролировали проход между горными хребтами в долину реки Лири, и в этом проходе стоял город Кассино. Он, со своими тяжело укреплёнными горными оборонительными пунктами и речными переправами, представлял собой главный элемент обороны в «Линии Густава» и всей немецкой обороны в центральной Италии.
В 900 м к западу от города Кассино стоит гора Монте-Кассино (высота 527 м), на вершине которой находится старый бенедиктинский монастырь. Это господствующая высота долины реки Лири, которая тянется сквозь горы на север и нависает над дорогой «номер 6» — главным шоссе, связывающим южные области с Римом. Вершины этой группы холмов представляли собой прекрасные наблюдательные пункты, позволяющие немецким войскам обнаружить присутствие противника, предотвратить любое его продвижение и корректировать артиллерийский огонь.
Перед союзниками стояла трудная задача, так как на протяжении всего фронта немецкие саперы буквально вгрызлись в скалы, укрепляя свои позиции. Дороги и тропы были заминированы. Минные поля располагались в оврагах и подходах, скрытых складками местности. Мосты и водопроводы разрушены. Пулеметные и минометные огневые позиции, часто утопленные на 1–1,5 метра в твердые скалы, перекрывали каждую тропинку. На склонах гор за руслами ручьев и в узких долинах были размещены десятки взаимно поддерживающих друг друга огневых точек. Снабжение войск союзников осуществлялось в условиях труднопроходимых гор и, естественно, бездорожья, что заставляло их действовать в сложной и незнакомой обстановке.
Среди других препятствий на пути продвижения союзных войск лежала река Рапидо. Эта небольшая река с быстрым течением брала своё начало в центральной части Апеннинских гор, протекала через город Кассино и южную часть долины Лири, после которой река, называемая в тех местах уже Гарильяно, текла к морю. Обширная территория перед рекой Рапидо к востоку от города Кассино была затоплена немцами с помощью временного перенаправления русла Рапидо, поэтому ведущее к Риму шоссе № 7 (Старая Аппиева дорога) фактически упиралось в болото.
План командующего 5-й армией США, генерала Кларка, предусматривал первую атаку на левом фланге 30-километрового фронта силами британского 10-го корпуса (5-я и 56-я британские дивизии). 17-го января корпус должен был переправиться через реку Гарильяно возле тирренского побережья. Ещё одна британская дивизия – 46-я пехотная, должна была пересечь реку Гарильяно севернее первых двух, ниже того места, где река вытекает из долины Лири.
Эта атака трёх британских дивизий на вспомогательном направлении должна была носить отвлекающий характер с целью поддержки главного удара, наносимого 2-м корпусом США чуть севернее 10-го британского, непосредственно на город Кассино. Американцы должны были стартовать 20 января. Первой на направлении главного удара должна была наступать 36-я (техасская) пехотная дивизия США: она должна была пересечь реку Рапидо в 8 км ниже города Кассино по течению и атаковать немецкие позиции. За ней, развивая успех, должна была двигаться 34-я пехотная дивизия США. А действовавший ещё севернее Французский Экспедиционный Корпус должен был наступать на более северный пункт Монте-Каиро — важный оборонительный элемент в «Линии Густава».
Существует мнение, что на самом деле генерал Кларк мало верил в возможность скорого прорыва силами британского корпуса. В то же время, его атаки могли бы оттянуть немецкие резервы из района Рима до 22 января – на эту дату планировалась высадка морского десанта в Анцио, прямо в тыл защитникам «Линии Густава». Возлагались надежды на то, что высадка в Анцио, с её элементом неожиданности и быстрым продвижением вглубь страны, к Албанским горам, господствующим над шоссе 6 и 7, поставит под угрозу тыл защитников «Линии Густава» и их линии снабжения, и заставит их отступить на позиции, находящиеся севернее Рима, т.е. оставить этот город.
Американская 5-я армия достигла «Линии Густава» к 15 января, преодолев последние 11 км за шесть недель тяжёлых боёв — была пройдена немецкая оборонительная «Линия Бернхардта», в прорыве которой потеряно 16 тыс. солдат. Войска были измотаны, после трёх месяцев сражений севернее Неаполя у них не хватало времени для отдыха, реорганизации и подготовки к новой атаке. Однако сама последовательность намеченных операций не предусматривала никаких оперативных пауз, всё делалось в режиме «нон-стоп». Высшее американское командование планировало летом крупную десантную операцию в Северной Франции, поэтому все десантные корабли должны были покинуть Италию до начала февраля. Следовательно, высадка в Анцио была назначена на конец января, поэтому скоординированная с ней фронтальная атака на «Линию Густава» (в районе Монте-Кассино) должна была начаться на несколько дней раньше.
Итак, в соответствии с планом наступления, первая атака была произведена 17-го января. У тирренского побережья 10-й британский корпус (56-я и 5-я дивизии) пересёк реку Гарильяно (через два дня его примеру последовала находящаяся справа 46-я британская дивизия). В результате этих атак, оборона немецкой 94-й пехотной дивизии начала трещать. На помощь ей немецкое командование выдвинуло 29-ю и 90-ю танковые дивизии, расположенные в районе Рима.
Однако у британского 10-го корпуса не было необходимых резервов для развития успеха и решительного прорыва, ведь его направление считалось вспомогательным. Ряд исследователей считает, что в данной ситуации американский командующий (генерал Кларк) проявил, как бы это помягче сказать, отсутствие гибкости мышления. Будь на его месте Конев или Ватутин, они бы на ходу изменили план наступления, перенеся направление главного удара в ту полосу, где наметился успех – по крайней мере, именно так они поступали во всех своих операциях. Но генерал Кларк этого не сделал (чаще всего это объясняют тем, что «руки не дошли»: он был занят решением слишком большого количества разноплановых вопросов одновременно).
Хотя у 10-го британского корпуса не было дополнительных людей, но у высшего командования было время для того, чтобы изменить план операции и отменить (или изменить) главное наступление силами 2-го корпуса США (намеченное на 20-е января), и перегруппировать его в полосу британского корпуса для развития успеха, до того, как подтянутся немецкие резервы. Однако командование американской 5-й армии не оценило непрочности обороны немецких позиций в этой части «Линии Густава», и план не был изменён. А 21-го января из окрестностей Рима прибыли две немецких дивизии и прочно сели на эти позиции, благодаря чему положение немецких войск стабилизировалось. При этом три дивизии 10-го британского корпуса понесли потери около 4 тысячи человек, при отсутствии внятных военных результатов. А американский 2-й корпус, стартовавший 20-го января, как мы увидим далее, полностью погиб, пытаясь неукоснительно следовать плану наступления. И это было только начало.
Интерактивная карта боевых действий: стартовая атака на вспомогательном направлении
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3A5f753a531ba47a67416...
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Николаевна
Николаевна 16 января, в 21:59 Познавательно. Текст скрыт развернуть
0
Василиса Кретова
Василиса Кретова 16 января, в 23:59 ага. Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 16-го января 1944 года – завершилась Кировоградская наступательная операция Второго Украинского фронта под командованием генерала Конева.
После освобождения областного центра Кировограда (ныне Кропивницкий), которое состоялось 8-го января, соединения Второго Украинского фронта ещё несколько дней продолжали наступление. При этом главная группировка фронта продвинулась на запад и юго-запад ещё на 15-20 км от Кировограда. А северо-западнее Кировограда, в течение 9-11 января, шли тяжелые бои с четырьмя дивизиями противника, зажатыми здесь. Эта немецкая группировка подверглась сильным ударам авиации 5-й воздушной армии, особенно 266-й и 292-й штурмовых авиадивизий, пилоты которых действовали в чрезвычайно сложных метеорологических условиях. Оценивая действия штурмовой авиации, штаб 5-й гвардейской общевойсковой армии доносил, что в районе Лелековки 10-го января обнаружено 400 разбитых автомашин противника, 52 танка и 50 САУ.
На северном направлении, пытаясь прорваться на соединение с Первым Украинским фронтом, 4-я гвардейская и 52-я армии преодолели к 10-му января до 40 км, но были встречены сильными контратаками противника, перебросившим против них дополнительные силы (до трёх танковых дивизий). На рубеже Смела – Каниж (село в 30 километрах северо-западнее Кировограда) противник окончательно остановил их дальнейшее продвижение.
Стремясь выполнить задачу, поставленную Верховным Главнокомандующим, — соединиться в районе Христиновки (чуть западнее Умани) с войсками Первого Украинского фронта и тем самым окружить группировку противника, сосредоточенную в районе Канева и Корсунь-Шевченковского, — командующий Вторым Украинским фронтом перегруппировал в полосу 53-й общевойсковой армии генерала Манагарова 5-ю гвардейскую танковую армию генерала Ротмистрова, и ввел ее в сражение. Однако ослабленная в предыдущих боях танковая армия не смогла развить успех.
К середине января наступление Второго Украинского фронта окончательно выдохлось. Войска, непрерывно наступавшие уже в течение двух с половиной месяцев, были сильно измотаны в боях и нуждались в отдыхе. Учитывая это обстоятельство, 16 января командующий фронтом генерал Конев отдал приказ о переходе к обороне. Таким образом, Кировоградская наступательная операция была завершена. Войска начали закрепляться на рубеже: восточнее Смелы – Баландино – Федоровка – Новогородка.
В итоге Кировоградской операции войска Второго Украинского фронта нанесли противнику сильный урон, при этом отбросив его от Днепра еще на 40–50 км. Вклинение советских войск в немецкую оборону на кировоградском направлении поставило под угрозу фланги как корсунь-шевченковской, так и криворожской группировок противника. В частности, была сформирована южная «стенка» так называемого Корсунь-Шевченковского котла, известного также как «Сталинград на Днепре». Северную «стенку» ранее сформировал Первый Украинский фронт в ходе Житомирско-Бердичевской наступательной операции.
Как мы увидим далее, после двухнедельной оперативной паузы войска двух фронтов приступят к сжиманию «стенок» котла…
Интерактивная карта боевых действий по итогам Кировоградской операции:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3A231ad6eece3150cdd7f...
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 14-го января 1944 года – завершилась Житомирско-Бердичевская наступательная операция Первого Украинского фронта, под командованием генерала Ватутина. За три недели (она началась на католическое Рождество 24-го декабря 1943 года), советские войска продвинулись на 80–200 км, почти полностью освободили Киевскую и Житомирскую области, а также ряд районов Винницкой и Ровенской областей.
Уникальность этой операции в том, что наступление велось одновременно по нескольким расходящимся направлениям: на запад, на юг и на юго-запад. На каждом направлении действовали по 2-3 общевойсковые армии, под единым командованием генерала Ватутина – второго такого примера во Второй мировой войне нет (в том числе и потому, что это была предпоследняя операция Ватутина перед его гибелью).
Действовавшие на западном направлении, две правофланговые общевойсковые армии (13-я генерала Пухова и 60-я генерала Черняховского) «проскочили» довоенную границу между Польшей и СССР, захватив несколько районов Ровенской области. После двухнедельной оперативной паузы, им предстояло (как мы увидим далее) штурмовать областные центры Луцк и Ровно.
На южном и юго-восточном направлении, две левофланговые общевойсковые армии (27-я генерала Трофименко и 40-я генерала Жмаченко), наступая вдоль берега реки Днепр, создали северную дугу будущего так называемого Корсунь-Шевченковского котла, известного также как «Сталинград на Днепре». С юга котёл «подпирали» войска Второго Украинского фронта генерала Конева, проводившие в это время Кировоградскую операцию. В результате, в районе городов Канев и Корсунь-Шевченковский попала в полу-окружение крупная немецкая группировка, ликвидация которой начнётся тоже после двухнедельной оперативной паузы.
И только на юго-западном направлении никаких пауз не предполагалось. Наступавшие здесь основные силы Первого Украинского фронта (три общевойсковые армии и две танковые) так и будут «долбиться» до конца января перед Винницей и Уманью. Можно сказать, что официальная дата окончания Житомирско-Бердичевской операции (14-е января) достаточно условна: центральная группировка продолжала непрерывно сражаться до 28-го января (включительно), постоянно переходя от наступления к обороне и обратно.
После 5-го января, взяв штурмом ряд населенных пунктов на границе Киевской и Винницкой областей (в том числе Бердичев, Сквиру, Казатин, Белую Церковь), центральная группа армий продолжала двигаться на юго-запад. Наиболее упорное сопротивление противник оказывал в полосе 38-й общевойсковой армии генерала Москаленко. Правофланговый 74-й стрелковый корпус этой армии после освобождения Бердичева смог продвинуться лишь на несколько километров – и столкнулся с мощными встречными ударами немецких частей, переброшенных сюда из резерва, особенно танковых и авиации. Несколько раз повторив удары, противник здесь перешел к организованной обороне, после чего дальнейшее продвижение 74-го стрелкового корпуса в юго-западном направлении по существу было приостановлено.
Сильные резервы противника появились и на направлении, ведущем к населенным пунктам Погребище и Липовец, где продолжали наступать другие два стрелковых корпуса 38-й армии (17-й гвардейский и 21-й).
Когда советская разведка впервые обнаружила передовые танковые части противника, переброшенные в полосу наступления 38-й армии из нижнего течения Днепра, генерал Ватутин распорядился передать в оперативное подчинение 38-й армии две танковые бригады, изъяв их из состава Первой танковой армии генерала Катукова. Но этого оказалось недостаточно, так как два дня спустя в районе Плисков – Люлинцы – Кожанка было отмечено сосредоточение ещё до 120 немецких танков, а в районе станции Оратов — 80, двигавшихся на север. Таким образом, характер боевых действий и на левом фланге 38-й армии резко менялся. В то же время правофланговый 74-й стрелковый корпус 38-й армии оставался в районе Бердичева, т.е. в полосе соседней 18-й армии генерала Леселидзе.
В предвидении встречных боев с оперативными резервами противника, командующий 38-й армией генерал Москаленко обратился к Ватутину с просьбой изъять 74-й корпус из полосы соседней армии и направить его в полосу «своей» армии для уплотнения боевых порядков и создания второго эшелона, а также дополнительно усилить 38-ю армию танковыми частями.
Просьба была удовлетворена: генерал Ватутин и сам видел, что противник наибольшее сопротивление оказывает юго-западнее Бердичева, на винницком и жмеринском направлениях, и постоянно перебрасывает туда резервы. Поэтому командующий фронтом пошёл гораздо дальше, и решил уплотнить участки не только 38-й, но и соседней 40-й армии. Для этого он изменил левые разграничительные линии 60-й, 1-й гвардейской, 18-й и 38-й армий, «подвинув» их на восток. В результате войска этих армий были перенацелены с юго-западного на южное направление, а полоса 40-й армии уменьшилась. Кроме того, левофланговый участок 40-й армии был передан соседней 27-й армии, а действовавшая там дивизия перебрасывалась на противоположный – правый фланг 40-й армии.
После этих перестановок, перед 38-й армией генерал Ватутин поставил боевую задачу: совместно с Первой танковой армией не только не допустить прорыва резервов противника в северном направлении, но и разгромить их, выйдя на рубеж Липовец – Ильинцы. Для этого Первая танковая армия перебрасывалась в район юго-западнее и южнее Погребища, а 38-й армии, кроме двух ее дивизий 74-го корпуса (возвращавшихся из полосы 18-й армии), передавались 389-я стрелковая дивизия из резерва фронта и 309-я стрелковая дивизия из состава 27-й армии. Кроме того, 31-й танковый корпус генерала Григорьева был выдвинут из резерва фронта и сосредоточен в 5—10 км юго-восточнее Погребища.
Все перечисленные мероприятия проводились «на ходу», в процессе наступления. Левофланговые дивизии 38-й армии всё это время продолжали продвигаться вперед, отражая контратаки немецких частей и не давая им сосредоточиться. 7-го января Первая танковая армия овладела крупным населенным пунктом и узлом шоссейных дорог Липовец.
По распоряжению генерала Ватутина, командующие 38-й общевойсковой и Первой танковой армиями (генералы Москаленко и Катуков) расположили свои штабы в одном населенном пункте. Этот уже испытанный и оправдавший себя метод организации взаимодействия танкового и общевойскового штабов дал самые положительные результаты. Возможность непосредственного и постоянного общения двух командующих армиями, начальников штабов и офицеров наилучшим образом способствовала согласованному и успешному продвижению войск на винницком направлении.
К исходу короткого зимнего дня 7-го января, 38-я армия очистила от противника населенный пункт Комсомольское и вела бои на рубеже Мшанец – Кумановка – ст. Голендры – Новая Гребля – Константиновка – Конюшевка – северная часть Вахновки – Королевка – Феликсовка – Липовец – северная часть Ильинцы – Дубровинцы – Кашланы – Лукашивка. Передовые части Первой танковой армии в этот день продвинулись на 8—10 км к западу от Липовца. После этого, продолжая совместное наступление, 38-я и Первая танковая армии приблизились к Виннице на расстояние 15 километров. Одновременно части 11-го гвардейского танкового корпуса генерала Гетмана (из состава Первой танковой армии) перерезали железную дорогу на участке Винница—Жмеринка у населенного пункта Ярышевка.
Наибольшего успеха наступавшие войска достигли 10 и 11 января. Части 38-й армии вели бои на ближних подступах к Виннице, а 8-й гвардейский механизированный корпус генерала Дремова (из состава Первой танковой армии) форсировал реку Южный Буг и на «том» берегу овладел населенными пунктами Ворошиловка, Мизяков, Борсков, Шершни и Тывров.
Дальнейшую боевую задачу перед этими армиями, командующий фронтом генерал Ватутин сформулировал следующим образом:
«… С целью полного прекращения железнодорожного движения противника по ж.д. Жмеринка—Вапнярка и Христиновка—Тальное, приказываю: командующим 38-й и 1-й танковой армиями немедленно выбросить диверсионные отряды на ж.д. участок Жмеринка—Вапнярка и командующему 40-й армией на участок Христиновка—Тальное с задачей подорвать жел.дор. мосты, жел.дор. полотно и вывести из строя эти железные дороги. Диверсионным отрядам придать специалистов саперов и снабдить их достаточным количеством взрывчатки…».
Приказ был успешно выполнен. При этом особенно отличилась 1-я гвардейская танковая бригада: она ворвалась на восточную окраину Жмеринки и, перехватив участок железной дороги, ведущей отсюда на Одессу, разрушила пути и уничтожила несколько эшелонов противника.
В свою очередь войска 40-й армии, выполняя этот приказ командующего фронтом, разрушили железнодорожную линию на участке Яроватка—Поташ (восточнее Христиновки). Ими было уничтожено там 8 эшелонов с немецкими войсками, танками, боеприпасами, горючим.
Таким образом, снабжение по железной дороге немецких войск в Корсунь-Шевченковском котле было прервано. Войска 40-й армии овладели населенными пунктами Берестовец, Краснополка, Тальное, расположенными в 10—11 км северо-восточнее Умани.
Тем временем противник завершал сосредоточение крупных резервов, в первую очередь на участке Любар–Ильинцы, где активной обороной стремился выиграть время для подготовки оборонительного рубежа по рекам Случь, Горынь и Южный Буг.
С вводом в сражение новых немецких дивизий, после 11-12 января бои приняли крайне ожесточенный характер. В первый из этих дней противник нанес удар на Липовец, стремясь обойти и отбросить от Винницы вырвавшиеся вперед две пехотные дивизии 38-й армии (68-ю гвардейскую и 241-ю). Атаковав их крупными силами танков и пехоты, противник прорвался на глубину 5-6 км и овладел населенными пунктами Ободное и Воловодовка. Но в тот же день, будучи контратакованы частями 241-й стрелковой дивизии и частью сил двух танковых бригад Первой танковой армии, немцы отошли на Степановку. На следующий день они возобновили атаку, но не добились успеха.
С 14 января противник вновь начал наступление, на этот раз еще более крупными силами и на многих участках фронта. Так, на шепетовском направлении 60-я армия в тот день отбивала атаки двух пехотных дивизий и до 40 танков; 1-ю гвардейскую общевойсковую армию противник атаковал 70 танками с пехотой из района юго-западнее Янушполь (ныне – Иванополь). Против 38-й и Первой танковой армий на участке Липовец – Жорнище наступали четыре пехотные дивизии и 280 танков. А 40-я армия севернее Умани в районе Дзенгеловка – ст. Поташ отражала удар двух пехотных дивизий и 75 танков. И почти такие же силы (две пехотные дивизии с 50 танками) атаковали 27-ю армию.
Всего 14 января в атаках противника принимало участие до десяти пехотных дивизий и свыше 500 танков. Кроме того, войсковой и авиационной разведкой было отмечено на различных участках фронта еще свыше 200 немецких танков, которые разгружались на железнодорожных станциях, находились на марше или в местах сосредоточения и готовились к вводу в бой. Радиоразведка засекла перемещение радиостанции танковой дивизии СС «Тотенкопф /Мертвая голова/» из района Кировограда в район Тальное. Штаб немецкого 48-го танкового корпуса переместился в район юго-западнее Липовца, где в полосе 38-й и Первой танковой армий наносился главный удар.
В этих условиях генерал Ватутин распорядился прекратить с 15 января наступление и принять меры к отражению немецких контрударов. Так завершилась Житомирско-Бердичевская наступательная операция.
К сожалению, соседний Второй Украинский фронт генерала Конева не смог в полном объёме выполнить боевую задачу, которую ему поставил Верховный Главнокомандующий И.В. Сталин: после взятия Кировограда развивать удар на Первомайск (примерно в 100 км юго-западнее Кировограда), что должно было привести к рассечению фронта противника на Правобережной Украине и содействовать наступлению Первого и Третьего Украинских фронтов.
Не дала ожидаемого результата и попытка Ватутина помочь соседям в выполнении этой задачи. По его приказу 27-я армия генерала Трофименко нанесла удар на Звенигородку, а 5-й гвардейский танковый корпус генерала Кравченко к исходу дня 11 января завязал бой за этот город (как мы увидим далее, 28-го января в Звенигородке всё же соединились передовые части Первого и Второго Украинских фронтов). Но им не удалось оказать существенного содействия ударной группировке Второго Украинского фронта. Противник смог не только надежно сковать её, но и выделить часть сил для нанесения вышеописанного контрудара по наступавшим войскам Первого Украинского фронта.
Таким образом, в итоге Житомирско-Бердичевской операции войска Первого Украинского фронта, хотя и не смогли соединить свой южный фланг с северным флангом соседнего Второго Украинского фронта, но еще больше нависли с севера над немецкой группой армий «Юг», и глубоко охватили группировку противника, продолжавшую удерживать правый берег Днепра в районе Канева. Это обстоятельство создало важные предпосылки для проведения в дальнейшем Корсунь-Шевченковской операции.
Интерактивная карта боевых действий и рубеж, достигнутый в результате Житомирско-Бердичевской наступательной операции:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3A10cb84053658d8c9744...
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Николай Декапольцев
75 лет назад – 14 июля 1943 года – завершились боевые действия в излучине реки Пена – как составная часть Курской оборонительной операции войск Воронежского фронта.
В эти последние дни, всё началось с того, что вечером 11 июля в боевых порядках противника появился слабо прикрытый участок фронта: после боёв 10-11 июля и вытеснения советских войск из излучины Пены, немецкое командование решило, что угроза на этом направлении ликвидирована, и начало перебрасывать танковые войска на север и…
Читать далее
0
0
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0
Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Картина дня